Наследие

 
История формирования территории Тверской области автор: Петр Малыгин

Современная административная граница Тверской области как бы стягивает обширную (84 тыс. кв. км), даже по российским меркам, территорию, которая, однако, в историко-географическом и культурно-историческом отношениях распадается на несколько частей. Эта главная особенность региона, которую можно определить как полицентричность, проявляется уже в том, что для Тверской области в целом не находится народных географических названий, подобных бытующим на соседних моноцентрических пространствах (Смоленщина, Псковщина, Новгородчина, Подмосковье и т.д.).

Обусловлена полицентричность Тверского региона прежде всего его географическим расположением на крупнейшем водоразделе, или гидрографическом узле, Восточной Европы. В историко-географическом смысле это перекресток четырех рек: Волги и Западной Двины и Мсты и Днепра (через Тверцу и Вазузу). Крупные реки, их берега и долины – древнейшие пути передвижения племен, этногрупп и народов.

Уже сразу после освобождения территории области от ледникового щита Валдайского оледенения (18–11 тысяч лет назад) древнейшие стоянки первобытного человека появились на западе (Селижаровский р-н), севере (Удомельский р-н) и юго-востоке (Тверь и Калязинский р-н) области. Для эпох мезолита (9–6 тыс. до н.э.), неолита и бронзы (5–2 тыс. до н.э.) на территории области выделяются ареалы целого ряда археологических культур, причем некоторые синхронно существовавшие культуры располагались на значительном расстоянии друг от друга. Если небольшие человеческие коллективы в палеолите занимались охотой на мамонтов, в мезолите и неолите – охотой на водоплавающую птицу и ловлей рыбы, то в эпоху бронзы пришлые племена т.н. фатьяновской культуры уже занимались придолинным скотоводством, выращивая свиней и лошадей.

В период раннего железного века (нач. 1 тыс. до н.э. – сер. 1 тыс. н.э.) на территории региона формируются два этнических массива аборигенного, или субстратного, населения: балты (запад области) и финно-угры (восток области). Четкую границу между ними провести трудно, скорее следует выделять полосу контактов в центральной части территории области.

С VI–VII вв. н.э. на территории региона появляются первые славянские племена, пришедшие с земель нынешней Польши. Начинаются мирные процессы ассимиляции – слияния пришлого и аборигенного населения с распространением славянского языка и культуры. В результате на территории региона формируются четыре пространства, два из которых – на юго-востоке области, с доминирующим славянским элементом первых на территории области земледельцев (кривичи и новгородские словене), и два – на северо-востоке, где доминируют лесные скотоводы и охотники финно-угры (племена меря и весь).

С рубежа X–XI вв. на территории региона, как и на всей территории Киевской Руси, начался процесс градообразования. Древнейшим городом Тверской области, известным по письменным источникам с 1015 г., является Торжок, который становится и колыбелью христианизации для населения Верхневолжья. С середины XI в. известен Торопец, который, в отличие от Торжка, был в это время языческим поселением.

К XII в. всё население на территории Тверской области нужно назвать древнерусским. На пространство региона частично заходят границы трех выделившихся из состава Киевской Руси крупнейших средневековых государственных образований: Ростово-Суздальского и Смоленского княжеств и Новгородской земли. Так начинает формироваться административно-политическая и культурно-историческая полицентричность территории Тверского региона.

Главным представителем средневекового Новгорода на Верхневолжье являлся Торжок (Новый Торг). Этот исконно новгородский город был максимально удален от Новгорода и, соответственно, максимально приближен к суздальской и смоленской границам. Располагаясь на стыке трех могучих культурно-политических регионов древней Руси и оправдывая свое торговое имя, этот город всё Средневековье служил местом встреч, обменов, взаимосвязей и столкновений. Располагаясь на р. Тверце – одном из участков пути, по которому в Новгород поставлялся хлеб, Торжок стал важным военно-политическим центром в составе Новгородского государства. Как место организации торговых блокад Новгорода Торжок привлекал пристальное внимание Юрия Долгорукого (1139 г.), Всеволода Большое Гнездо (1181 г.), Александра Невского (1255 г.), Ивана Калиту (1332 г.), Дмитрия Донского (1386 г.), Ивана III, который в 1478 г. присоединил его к Московскому государству. Тверские великие князья трижды (1316-й, 1372-й, 1444 г.) разрушали и грабили богатый город. Будучи мощной крепостью на юго-восточной границе Новгородской земли, Торжок отражал набеги литовцев, две недели героически оборонялся от войск хана Батыя в 1238 г. и защитил от разорения Великий Новгород. Административно-политическое устройство средневекового Торжка нашло отражение в его топографии: кремль и посады составляли церковно-боярскую часть, именуемую Торжком, а замок князя и его наместников назывался Новым Торгом. Из комбинации этих названий в XII в. возникли термины новоторжский и новоторжцы (новоторы). Политическая жизнь Торжка была весьма напряженной, чему свидетельством стали возникшие в XIII–XV вв. проновгородская, промосковская и собственно новоторжская боярские партии. В XV в. в Торжке чеканилась собственная серебряная монета. Будучи крупным церковным центром, город уже в XII в. имел каменные храмы, а в 1316–1478 гг. образовывал Новоторжское наместничество новгородских архиепископов.

До формирования Твери как города главным представителем Владимиро-Суздальского княжества на территории региона был ныне не существующий город Кснятин (Константин, Скнятин), основанный Юрием Долгоруким в 1135 г. при впадении в Волгу р. Нерли (ныне Калязинский р-н), соединявшей Верхневолжье с ростово-суздальскими землями. Культурно-исторические различия Новгородского и Владимиро-Суздальского пространств заметны до настоящего времени при сравнении микрорегионов Торжка и Твери, административная граница между которыми проходит в районе села Медное и совпадает с новгородско-суздальским средневековым рубежом. Однако в средневековой истории Твери и Торжка был кратковременный период (1576–1587 гг.), когда своею волей Иван Грозный пожаловал крещеного татарского царевича Симеона Бекбулатовича титулом «великого князя тверского» и выделил ему во владение не только Тверь, но и соседний Торжок.

Касаясь вопроса о возникновении Твери, следует отметить, что летописец первой половины XVI в. считал временем сооружения крепости в устье р. Тьмаки конец 30-х – середину 40-х гг. XIII в., а ее основателем – великого владимирского князя Ярослава Всеволодича (1190–1246 гг.). Последний передал новый город Тверь, построенный на окраине земель Переяславля Залесского, во владение своему сыну Ярославу, ставшему первым тверским князем.

Историко-географическая полицентричность Тверского региона отразилась в главной особенности его административного центра. В отличие от соседних Новгорода, Смоленска и Пскова, Тверь в культурно-историческом отношении не олицетворяет всё пространство Тверской области по целому ряду причин. Во-первых, Тверь далеко не самый древний город региона. Во-вторых, средневековая Тверь для всего пространства области не играла консолидирующей роли, наоборот, с такими центрами, как Торжок, Ржев, Кашин, она в XIV–XV вв. находилась во враждебных и порой непримиримых отношениях. В-третьих, территория Тверского княжества, самого крупного политического образования на верхней Волге, просуществовавшего с 1247-го по 1485 г., составляла лишь ¼ площади современной Тверской области и занимала в пространстве региона эксцентрическое положение. В-четвертых, не являлась консолидирующей силой и Тверская епархия, основанная в 1260-х гг., – Ржев с уездом оказался в ее составе лишь в 1740-х, а Торжок и уезд только с 1770-х гг.

 Как это ни покажется странным и даже парадоксальным, до XVIII в. влияние Твери ощущалось больше в общерусском масштабе, чем в региональном. Оформившись как подлинный средневековый город лишь во 2-й половине XIII в., Тверь, контролировавшая важные торговые пути по Волге и Тверце, быстро обошла по экономическому и политическому значению многие города Владимиро-Суздальской Руси. Мощный потенциал сконцентрировавшихся здесь после Батыева нашествия беженцев из Владимира, Суздаля, Ростова, Переяславля Залесского позволил Твери как молодому средневековому городу возобновить прерванные катастрофическими событиями 1237-1238 гг. в Северо-Восточной Руси каменное строительство и летописание, восстановить некоторые домонгольские традиции русской государственности.

Выдающуюся роль Тверь сыграла и на международной арене. Это военно-политические взаимоотношения тверских князей с Великим княжеством Литовским в XIV–XV вв.; участие тверского посла в работе Ферраро-Флорентийского церковного собора 1437–1439 гг.; путешествие тверского купца Афанасия Никитина в Индию в 1468–1474 гг.; церковно-культурные связи с Константинополем и греческим Афонским монастырем. Чрезвычайно важными были взаимоотношения тверских князей с ордынскими ханами в период монголо-татарского ига. Пять тверских правителей получили от Орды право быть верховными (великими Владимирскими) князьями, собиравшими с русских земель дань и отвозившими ее к ханам. Именно за это право велась ожесточенная борьба Москвы с Тверью. В этой борьбе погибли четыре тверских князя: Михаил Ярославич (1318 г.), Дмитрий Михайлович (1326 г.), Александр Михайлович с сыном Федором (1329 г.).

Однако некоторые историки приписывают Твери военно-политическое соперничество с Москвой за объединение русских земель. В действительности тверские князья не присоединяли к своим владениям соседние земли, как это делали московские правители, и это доказывается практически не изменившимися границами Тверского великого княжества с 1247-го по 1485 г. У Твери был свой самостоятельный политический путь, который в 1485 г. был пресечен Иваном III, присоединившим Тверское княжество к Московскому государству. Этот «тверской путь» был связан с прекращением к кон. XIV в. тверскими князьями борьбы за титул великого Владимирского (т.е. общерусского) князя, что позволило сосредоточиться на строительстве мощного, во многом самостоятельного Тверского государства-княжества. В самом начале XV в. Тверь создает собственную денежную систему, чеканя в большом количестве серебряные и медные деньги, что было показателем не только торгового значения города на верхней Волге, но и его политической мощи. Наивысшего экономического и культурного расцвета Тверь достигает в сер. XV в. при великом князе Борисе Александровиче. Цветущее Тверское княжество в разгар феодальной войны, разгоревшейся в это время в соседних землях, стало убежищем для политических и церковных деятелей средневековой Руси, в том числе и для московского великого князя Василия Темного. Тем не менее средневековая Тверь выглядела скромнее целого ряда русских городов. Например, сравнивать Тверь и Новгород по темпам строительства каменных храмов (главный показатель богатства городов ) бессмысленно. В одном лишь 1417 году в Великом Новгороде было возведено шесть каменных храмов; в Твери же за всю ее историю к нач. XVII в. «накопилось» всего семь каменных храмов, включая центральный собор и монастырские церкви. «Я склонен думать, что в Смоленске, Новгороде и Пскове насчитывается... по 20 тысяч жителей каждый... Но уже гораздо малочисленнее народ в Твери...», – отметил в 1582 г. приехавший в Россию посол папы римского А. Поссевино.

Исконными и наиболее важными тверскими городами, в XIII–XV вв. входившими в состав Тверского великого княжества, занимавшего земли по обоим берегам Волги на участке от нынешней восточной окраины Ржева до границы Калязинского и Угличского районов, следует считать Кашин, Старицу и Зубцов. Возникший в XIII в. Кашин после 1318 г. становится центром выделившегося удельного княжества, занявшего всю восточную часть Тверского княжества и включившего древний Кснятин. Первый кашинский князь Василий Михайлович в 1346–1365 гг. стал великим князем тверским, а территория его кашинского удела слилась с тверской землей. В конце XIV в. существование Кашинского княжества тормозило процесс политического объединения Тверского княжества, т.к. кашинских князей поддерживала Москва. После поражения Михаила Александровича Тверского в войне 1375 г. московский великий князь Дмитрий Иванович (будущий Донской) сумел добиться признания со стороны Твери полной независимости Кашина. После смерти в 1382 г. последнего представителя династии кашинских князей Кашин был присоединен к Твери. В 1399 г. Кашин вновь становится уделом, теперь – сына Михаила Александровича Тверского Василия. В 1400–1415 гг. князья тверские несколько раз изгоняли его из Кашина, присоединяли Кашинское княжество к своим владениям, но потом вновь восстанавливали его. В 1426 г. Борис Александрович Тверской окончательно присоединил Кашин к Тверскому великому княжеству. Город стал управляться великокняжескими тверскими наместниками, а в 1485 г. вместе с Тверью был присоединен к Москве. Кашин считался вторым по значению городом Тверского великого княжества и крупным церковным центром, при том, что первый каменный храм здесь был возведен только в 1530 г.

Одним из интереснейших и исторически значимых городов региона является Старица, единственный из ныне существующих старинных городов области, имеющий точную дату основания и имя основателя. В 1297 г. город был заложен великим тверским князем Михаилом Ярославичем как крепость, контролирующая дорогу Торжок – Волок Ламский и место добычи строительного известняка, доставлявшегося в Тверь по Волге вниз по ее течению. После 1360 г. выделяется Старицко-Холмский удел Тверского великого княжества. В конце XIV– начале XV в. в городе строятся первые каменные храмы. В XV в. Старица – центр чеканки монеты. После присоединения к Москве в 1485 г. Тверского княжества Старица была выделена Иваном III во владение младшему сыну Андрею и до 1566 г. оставалась центром одного из последних удельных княжеств в Русском государстве. Иван Грозный, продолживший в городе широкое каменное строительство, сделал Старицу одной из своих временных резиденций, где, в частности, принимал посла папы римского. Кроме всего, Старица – родина и место первоначального погребения (1607 г.) первого русского патриарха Иова (с 1589 г.).

Выдающееся стратегическое положение на западе Тверского княжества имел Зубцов, впервые упомянутый в летописях еще под 1216 г. Крепость Зубцова контролировала устье р. Вазузы, по которой шел путь на Смоленск и в Литву. После 1318 г. в составе Тверского княжества возникает Зубцовский удел. Несколько южнее Зубцова, вне Тверского княжества – на смоленских землях, в XIV в. возникло Фоминско-Березуйское княжество, правители которого служили Москве.

Смоленское княжество в домонгольский период было представлено на территории нынешнего Тверского региона прежде всего Торопцем. Этот город в первой половине XII в. становится вторым по значению центром Смоленской земли и важной крепостью с несколькими линиями дерево-земляных укреплений. В середине XII в. формируется Торопецкое удельное княжество (в составе Смоленского) площадью около 30 тыс. кв. км, охватывавшее территорию нынешних Торопецкого, Андреапольского, Западнодвинского, Жарковского, Оленинского, Ржевского районов и приграничные территории Псковской и Смоленской областей. Под 1209 г. с титулом торопецкого князя упомянут знаменитый Мстислав Мстиславич Удатный – победитель Липецкой битвы 1216 г. и участник трагического сражения с монголами на р. Калке в 1223 г. В 1225 г. в битве с литовцами погибает торопецкий князь Давыд. С Торопцем были связаны жизнь и деятельность Александра Невского, чья мать была дочерью Мстислава торопецкого. Александр Ярославич в 1239 г. именно в Торопце сыграл свою свадьбу, а в 1245 г. разгромил под стенами города литовцев. Города Смоленского княжества, как известно, не были разорены войсками хана Батыя в 1238 г., в отличие от наиболее пострадавшего Торжка и отмеченных в разных летописях как взятые монголами Твери (небольшой крепости не в устье Тьмаки, а напротив устья Тверцы), Кснятина и Кашина.

Полицентричность территории Тверского региона значительно усложнилась в связи с литовской экспансией Верхнего Подвинья и верхней Волги. Окончательный захват и включение в состав Великого княжества Литовского Торопца происходит в 1362 г. при литовском великом князе Ольгерде. До 1503 г. Торопец оставался литовским. Уникальна судьба города Белого (средневековая Белая), который в историко-географическом отношении может считаться самым не-тверским городом современного Тверского региона. Уже первые упоминания Белого в письменных источниках под 1355 г. характеризуют его принадлежащим к Великому княжеству Литовскому (в качестве удела князей Бельских). В Литовском государстве город находился до 1493 г., когда Иван III присоединил его к московским землям. Василий III в 1506 г. строит здесь мощную крепость. Осенью 1617 г. сторонники польского королевича Владислава начали осаду этой крепости, продолжавшуюся около года. По Деулинскому перемирию в русско-польской войне 1609–1618 гг., Белый вновь оказался в составе Польско-Литовского государства (Речи Посполитой) и стал полноправным европейским городом, которому в 1625 г. были дарованы Магдебургское право и герб. Лишь по Андрусовскому перемирию 1667 г. Белый вошел в состав России.

Несколько иной, в связи с литовской экспансией верхней Волги, была судьба Ржева (средневековой Ржевы), со времени своего основания в начале XIII в. и до 1356 г. – небольшого смоленского города-крепости. После 1285 г. в качестве одного из удельных смоленских княжеств возникает Ржевское княжество, выделившееся из Торопецкого. Однако уже с 1315 г. ржевские князья служили московским князьям. 1356–1368 гг. – первый период, когда город находился под властью Литвы и перестал считаться смоленским. С 1368-го по 1372 г. Ржев первым из верхневолжских городов оказывается под властью Москвы. В 1372–1381 гг. им вновь владеет Литва, но с 1382 г. Ржев принадлежит представителям московского княжеского дома. В 1447–1449 гг. Ржев последовательно принадлежал Тверскому, Литовскому, вновь Тверскому княжествам и, наконец, уже окончательно, с 1449 г., – Московскому княжеству. Однако до 1521 г. Ржев входит в систему удельных владений князей соседнего Волока (ныне Волоколамск), ближайших родственников великих московских государей.

Новый этап административных и этнокультурных взаимоотношений в регионе пришелся на XVI–XVII вв., когда в составе единого Русского государства уже находились новгородские земли (с 1478 г.), территория бывшего Тверского княжества (за исключением Клина, тяготевшего больше к Подмосковью) (с 1485 г.), Торопец (с 1503 г.) и Белый (с 1667 г.). Консолидации русского общества способствовала уездная реформа, уравнявшая в административном статусе практически все более или менее значимые города, ставшие центрами своих уездов – единственной крупной административной единицы тогдашней России. Одновременно с учреждением уездов идет процесс превращения многих сравнительно небольших городов-крепостей в сельские поселения.

Величина городов в это время определялась количеством дворовладений. В XVI – начале XVII в. крупнейшими центрами оставались Тверь (970 дворов), Торжок (923 дв.) и Торопец (656 дв.). После учреждения в 1589 г. патриаршества в России стабилизировались границы церковных областей – епархий. Тверская епархия, в которой в кон. XVII в. насчитывалось 288 церквей (включая Клинский уезд), территориально совпадала с границами бывшего Тверского княжества и включала помимо Твери Кашин, Старицу и Зубцов с уездами. В Новгородской епархии оставались Торжок, Бежецк и обширные северные территории будущей Тверской области. Тропец и Ржев с уездами, Селигер и Верхневолжские озера были включены в т.н. Патриаршую область. Бельский уезд в конце XVII в. числился в Смоленской епархии.

Глубокое потрясение испытало население территории Тверской области в начале XVII в., в период т.н. Смуты. Все города от Торопца до Кашина были захвачены польско-литовскими интервентами, их население было вынуждено присягнуть Лжедмитрию II и таким образом оказалось под оккупацией. В 1609–1610 гг. пришло освобождение для большинства городов региона. Однако кризис начала XVII в. серьезно сказался на количестве городских дворов, которых стало значительно меньше. Данные на 1646 г. дают следующие цифры: Тверь – 595, Торжок – 544, Торопец – 372, Кашин – 317, Бежецк – 180, Ржев – 121, Старица – 89 дворов. Сотни деревень полностью запустели. В период 1553–1721 гг. претерпел изменения этнический состав населения региона. В связи со шведской экспансией финно-карельских земель на территорию Тверской области несколькими волнами переселяются карелы, численность которых к началу XX в. составляла 130 тыс. человек.

Первая попытка административно объединить территорию на водоразделе Волги, Западной Двины, Днепра и Мсты, распадающуюся на собственно Тверское (выделенное из Владимиро-Суздальской земли в XIII в.), Новгородское и Смоленско-Литовское пространства, была предпринята в 1719 г. Тогда в составе новой административной единицы – Санкт-Петербургской губернии – учредили Тверскую провинцию, административно объединившую Тверь (с населением 9 тыс. чел.), Торжок (7 тыс. чел.), Ржев (4 тыс. чел.), Старицу (2 тыс. чел.) и Зубцов (0,5 тыс. чел.) с соответствующими уездами.

Бежецк (1,6 тыс. чел) и Кашин (3 тыс. чел.) с уездами вошли в Угличскую, а Торопец (5 тыс. чел.) и уезд – в Великолукскую провинции той же Петербургской губернии. Город Белый с уездом оставался в учрежденной Петром I Смоленской губернии, которая не делилась на провинции. Экономическому развитию Тверской провинции в начале XVIII в. способствовало превращение древнего водного пути по Тверце и Мсте в Вышневолоцкую водную систему, созданную по повелению Петра Великого и связавшую новую столицу Санкт-Петербург с бассейном Волги.

В 1775 г. было образовано Тверское наместничество, именуемое с 1796 г. губернией. Кроме старых семи уездов, существовавших до губернских реформ XVIII в., в наместничество включаются шесть новых уездов с новообразованными центрами, получившими по указам Екатерины II в 1770–1781 гг. городской статус. Из поселения, чьи жители обслуживали каналы, прорытые еще при Петре I, возникает Вышний Волочек; из посада на берегу Селигера – Осташков; у стен богатых монастырей, основанных в XV в., – Калязин и Красный Холм; из торговых сел – Весьегонск и Корчева. Именно на время правления Екатерины Великой приходится расцвет многих городов губернии. Их экономический рост сопровождался перепланировкой и массовым каменным строительством не только культовых, но и гражданских зданий. Перепланировка Твери по подобию Петербурга, осуществленная плеядой выдающихся зодчих, превратила центр губернии, по мнению русского наблюдателя, в город, который «может равняться великолепием своим с лучшими в Европе городами».

Кардинально изменился архитектурный облик древнего Торжка, в котором каменные храмы XII, XIV и XVI–XVII вв. были заменены новомодными сооружениями в стиле классицизма.

Однако губерния в целом в конце XVIII в. была крестьянской. Из 943 тыс. населения в 1783 г. лишь 5% проживало в городах.

В середине XIX в. в Тверской губернии происходит некоторая перегруппировка уездных городов по темпам развития. С открытием движения по Николаевской железной дороге (1851 г.), спровоцировавшей упадок Вышневолоцкой водной системы, теряет свое значение как второй город после Твери Торжок. Он уступает по количеству населения и масштабам торговли Ржеву, который, по традиции, оставался старообрядческим, сильно агроризированным и в основном деревянным (всего 7% каменных от общего количества городских зданий против 18% в Торжке). К конце XIX в. на третье место среди городов губернии выходит Вышний Волочек, который, как и Тверь, стоял на водном, сухопутном и железнодорожном путях, соединяющих Петербург с Московским регионом.

В 1897 г. Тверская губерния занимала площадь в 57 тыс. кв. км (т.е. на 27 тыс. кв. км меньшую, чем в настоящее время) с населением 1,8 млн. чел. (т.е. на 500 тыс. чел. больше, чем в нач. XXI в.) Городское население составляло 8,5%. Практически в старых границах губерния просуществовала до 1929 г.

При временном правительстве в июне 1917 г. в регионе появилось два новых города, в один из которых превратилось самое большое промышленное село Кимры Корчевского уезда (в 1897 г. по населению Кимры в четыре раза превосходили уездный город Корчеву), под новый город был образован в 1918 г. Кимрский уезд. Вторым городом стал пристанционный поселок Бологое (в 1927–1935 гг. – в Ленинградской области).

В первые годы существования СССР (1922–1924 гг.) были ликвидированы Зубцовский, Старицкий, Калязинский и Корчевской уезды. Ставшие безуездными Зубцов и Старица оказались в Ржевском, Калязин – в Кашинском, а Корчева – в Кимрском уездах. Так были нарушены полуторавековые традиции дореволюционного административно-территориального деления Верхневолжья. Свой восстановленный в 1919 г. уездный статус Красный Холм вновь потерял в 1924 г. и оказался в составе Бежецкого уезда. В 1925 г. на территории Новоторжского уезда из пристанционного села вырос город Лихославль. В июне 1929 г. постановлением ВЦИК СССР Тверская губерния перестала существовать. Ее территория была разрезана на две части примерно по линии Фирово – Кувшиново – Старица и передана Московской и Западной (центр – Смоленск) – уже не губерниям, а областям РСФСР. В ноябре 1931 г. Тверь потеряла на 60 лет свое историческое имя. Город Калинин до 1935 г. имел статус всего лишь районного центра.

В январе 1935 г. была образована Калининская область. В ее состав вошли 69 районов из Западной, Ленинградской и Московской областей. Ее площадь составила 106 тыс. кв. км, т.е. превышала нынешнюю на 22 тыс. кв. км, и протянулась с востока на запад вдоль железных дорог Москва – Рига и Рыбинск – Бологое – Великие Луки до границы с Латвией на 600 км при максимальной ширине в 200 км с севера на юг. Впервые в состав области были включены Бологое и Фирово, исконные новгородские земли, и Торопец, исторически ничем не связанный с Тверью. Приграничные с Латвией западные районы Калининской области были объединены в Великолукский, а затем в Опочецкий округ. В центральной части области в 1937–1939 гг. существовал Карельский национальный округ с центром в Лихославле, объединивший Лихославльский, Козловский, Максатихинский, Новокарельский (Толмачи) и Рамешковский районы. Город Белый по-прежнему находился в административном подчинении Смоленску. К 1940 г. население тогдашней области достигло 3,2 млн. чел., при этом городское население составляло около 25%. Крупнейшими городами области были Калинин (216 тыс. чел.), Вышний Волочек (64 тыс.), Ржев (54 тыс.), Кимры и Великие Луки (по 35 тыс.) и Торжок (около 30 тыс.). С 1935 г. начались работы по сооружению гидростанций и водохранилищ на Волге и ее притоках. В результате под воды Иваньковского водохранилища ушел город Корчева, жители которого были в основном переселены в рабочий поселок Конаково, ставший в 1937 г. городом и райцентром. Угличским водохранилищем была затоплена центральная историческая часть Калязина, а Весьегонск попал в зону затопления Рыбинского водохранилища и превратился из города в рабочий поселок, восстановивший районный и городской статус лишь в 1949 г. Помимо Конакова в области возникло еще два города: в 1937 г. на месте железнодорожной станции – Западная Двина, а в 1938 г. рабочий поселок Каменка был преобразован в город Кувшиново.

Период Великой Отечественной войны для Калининской области – это прежде всего время немецко-фашистской оккупации значительной части территории области (к середине октября 1941 г.) – 16 из 36 современных районов. Прифронтовыми городами, под стенами которых войска вермахта были остановлены, стали Торжок и Осташков. Окончательно территория области (в современных границах) была освобождена в начале марта 1943 г.

В августе 1944 г. была образована Великолукская область, в состав которой вошли Торопец, Белый, Западная Двина, Нелидово (город с 1949 г.) и поселки Андреаполь, Пено, Жарковский. Новообразованная область была упразднена в октябре 1957 г., а ее территория разделена между Псковской и Калининской областями.

Именно в 1957–1958 гг., с включением территорий Бельского и Жарковского районов, окончательно оформились границы области, сохранившиеся без серьезных изменений до настоящего времени. В конце 1950-х гг. Калининская область состояла из 47 районов с населением 1,8 млн. чел. (на 500 тыс. больше, чем в настоящее время) с 44% городского населения.

В 1958–1960 гг. проходил процесс укрупнения районов, в результате которого область была разделена на 17 значительных по площади административных районов. С 1964 г. начался обратный процесс – разукрупнения районов, закончившийся к концу 1973 года.

С 1973 г. Калининская область состоит из 36 районов, сохранившихся до настоящего времени. В 1967 г. статус города получил Андреаполь, а в 1981 г. – Удомля.

Современной Тверской области, чье геополитическое положение между Москвой и Петербургом предоставляет региону определенные экономические преимущества, но и одновременно создает пока что непреодолимый демографический кризис, остается с надеждой смотреть в будущее.

 
КОММЕНТАРИИ К ЗАПИСИ:
Нет комментариев

Оставить свой комментарий