Слуга народа

 
Мы не сажаем,
а изменяем психологию
автор: Василий Сенин

Заниматься созданием условий, при которых неприлично и бессмысленно давать взятки, в тот момент, когда общество ждет рапорта, что коррупция жестоко, окончательно и бесповоротно искоренена и посажено полторы тысячи коррупционеров, означает заведомо ставить себя в не самую выгодную ситуацию. Как раз в такой ситуации оказались созданный в администрации Тверской области контрольно-аналитический комитет и его руководитель Василий Сенин.
Контрольно-аналитический комитет – новая для российских регионов структура. Он стал своего рода мозговым центром, пытающимся внедрять некоррупционные алгоритмы взаимодействия бизнеса и власти. Комитет регулирует исполнение государственных функций и оказание государственных услуг органами исполнительной власти области, проводит антикоррупционный мониторинг и экспертизу нормативных правовых актов, работает по жалобам и обращениям граждан и организаций.
Правда, с последним, как признается Василий Сенин, дела пока обстоят плохо: граждане мало жалуются по коррупционной тематике, нет активного диалога…

 

Для меня фраза «борьба с коррупцией» звучит так же странно, как «борьба за здоровый образ жизни».

 

 

<!--[if gte mso 9]><xml> Normal 0 false false false MicrosoftInternetExplorer4 </xml><![endif]--><!--[if gte mso 9]><xml> </xml><![endif]--><!--[if !mso]> <object classid="clsid:38481807-CA0E-42D2-BF39-B33AF135CC4D" id=ieooui> </object>  

<!--[endif] -->

<!-- /* Style Definitions */ p.MsoNormal, li.MsoNormal, div.MsoNormal {mso-style-parent:""; margin:0cm; margin-bottom:.0001pt; mso-pagination:widow-orphan; font-size:12.0pt; font-family:"Times New Roman"; mso-fareast-font-family:"Times New Roman";} p.MsoHeader, li.MsoHeader, div.MsoHeader {margin:0cm; margin-bottom:.0001pt; mso-pagination:widow-orphan; tab-stops:center 233.85pt right 467.75pt; font-size:12.0pt; font-family:"Times New Roman"; mso-fareast-font-family:"Times New Roman";} @page Section1 {size:595.3pt 841.9pt; margin:2.0cm 42.5pt 2.0cm 3.0cm; mso-header-margin:35.4pt; mso-footer-margin:35.4pt; mso-paper-source:0;} div.Section1 {page:Section1;} -->

<!--[if gte mso 10]>  

<!--[endif] -->

– Говорить, что Россия, как никакая другая страна, погрязла в коррупции – то же самое, что утверждать, что русские – законченные алкоголики. И то и другое – миф. Взяточничество благополучно существовало и существует во всем мире.

Для меня фраза «борьба с коррупцией» звучит так же странно, как «борьба за здоровый образ жизни». Ни один руководитель Министерства здравоохранения не может сказать: всё, через год мы победим болезни сердца. Особенно, если учесть, сколько денег, сил и времени люди тратят, чтобы погубить свое здоровье. А в сфере антикоррупционной деятельности – такие заявления звучат: давайте, мол, посадим, уволим и через год заживем без коррупции. Тут другое – грубо говоря, необходимо создать условия, при которых проще пройти законную процедуру, чем «договариваться» в той или иной форме, да и вообще, давать взятку должно стать так же неприлично, как и курить в помещении при детях. Возвращаясь к здоровью, появились же, например, кафе, в которых не курят. А мой дед или отец лет 30 назад не могли даже представить, что нельзя будет курить в купе поезда. То есть потребность общества в здоровом образе жизни постепенно реализуется. Борьба с коррупцией –  явление того же порядка.

– Поэтому власть начала с разработки регламентов оказания госуслуг?

– Чаще всего граждане или юридические лица обращаются к чиновникам, чтобы получить некую государственную услугу. Разрешение или согласование, выдача лицензии, свидетельства, справки... Если порядок оказания этих услуг, сроки и причины для положительного или отрицательного решения будут максимально четко прописаны, то у госслужащего не будет никаких вариантов для создания коррупционной схемы.

Таких услуг оказывается около 140. По 90 из них в Тверской области уже разработаны и приняты регламенты. Это серьезная и непростая работа, поскольку невозможно по единому шаблону прописать, например, как должна осуществляться платная медицинская помощь или как выдавать лицензию на торговлю алкоголем.

По идее, введение таких регламентов уже должно закрыть доступ к коррупционной «кормушке». Однако, как говорится, строгость российских законов компенсируется необязательностью их исполнения. Поэтому следующая задача – не просто выпустить нормативный акт, но заставить всех участников процесса (и чиновников и заявителей) выполнять его «от и до». Необходимы проверки, сбор информации, мониторинг реакции населения, чем также занимается контрольно-аналитический комитет.

– И что выяснилось в результате сбора информации?

– В 2008 году в Ржевском районе имел место уникальный факт: было выдано всего четыре лицензии на реализацию алкогольной продукции. Вроде бы промышленный район. Там выпивать перестали? В баптизм перешли поголовно? Анализ ситуации показал, что процедура выдачи лицензий и последующих отчетов была излишне усложнена и непонятна, а владельцы магазинов, говоря открытым текстом, платили сотрудникам милиции, которые их прикрывали, вместо того чтобы в законном порядке оформлять необходимое разрешение. Совместно с Департаментом промышленности и торговли была проведена соответствующая нормотворческая работа. Процедура стала пожалуй самой НЕкоррупциоонной среди других разрешительных действий. Подавая полный комплект документов, предприниматель получает однозначно положительный ответ.

Правда, есть один нюанс. Всегда ли он действительно хочет работать по лицензии? Чтобы ее получить, необходимо выполнить целый ряд требований противопожарной службы и Роспотребнадзора. Кроме того, официально подтверждая свое намерение торговать алкоголем, хозяин магазина или ларька попадает под дополнительный контроль федерального и местного законодательства.

– Под дополнительные обременения.

– Обременения не финансовые, но именно так. А зачем? Если проще отдавать 3 или 5 тысяч в месяц, и на него просто закроют глаза. То есть коррупция здесь идет не от того, что власть не хочет оформлять лицензии, а от того, что сам предприниматель не хочет их получать. Дать взятку – проще и дешевле, чем обеспечить безопасность сотрудников и посетителей – эта логика и приводит к варианту пресловутой «Хромой лошади».

– В каких районах области ситуация наиболее неблагополучна?

– Экономически развитые районы наиболее проблематичны, если можно так сказать, в части внешних коррупционных проявлений. Нормативные акты, которые имеют двойное прочтение или пишутся в интересах конкретных лиц. Жесткий контроль со стороны какой-либо финансовой или промышленной группы – это еще называют «сферой влияния». Кроме того, там просто всего больше – потребителей, магазинов, автомобилей, заводов, ларьков, а значит, и больше конфликтов интересов, в том числе поводов для взяток.

С другой стороны, тихий сельский или лесной райончик, где все друг друга знают, и появление нового лица – событие, которое будут обсуждать полгода. Как раз внешне здесь все тихо. Участковый и глава местной криминальной структуры учились в одной школе, а сейчас ходят в один спортзал и парятся в одной бане. Налоговый инспектор – зять директора леспромхоза, а сын директора женат на дочке замглавы района, которую недавно назначили заведующей поликлиникой. При внешнем спокойствии – внутри законченная коррупционная схема. Я, конечно, утрирую, но смысл ясен.

Итак, где-то больше всплесков и внешних проявлений, где-то меньше. Но это не значит, что – возьмем условно – Конаковский район с его водохранилищем, элитными поселками и крупными предприятиями менее или более неблагополучен, чем – так же условно – Жарковский.

– То есть, на уровне районных и городских администраций нет заинтересованности создавать механизмы противодействия коррупции?

– Администрации городских и сельских поселений погрязли в текучке. То у них зима, снег, отопление плюс финансовая отчетность по итогам года и бюджет на следующий год. Только вздохнули  – весеннее благоустройство, ямы на дорогах, кто-то застрял, к половине деревень не проедешь, и еще провода оборвали. Летом – леса горят, колодцы высохли. А там готовиться к зиме уже пора. Очень много проблем, иногда застарелых. Поэтому мы не просто приходим и говорим: начинайте бороться с коррупцией! Мы даем методики, примерные регламенты и объясняем, как на основании этих образцов разработать свои. Тем более что на рынке труда появились специалисты, которых раньше никак не удавалось привлечь в местное самоуправление. А теперь – из-за кризиса – есть возможность набрать грамотных исполнителей.

– Помимо мониторинга регламентов оказания госуслуг, какие еще задачи стоят перед комитетом?

– Информационная открытость. Люди иногда просто не знают, куда жаловаться, к кому обращаться за помощью. А чиновники сидят в своих тихих кабинетах в тихих уголках Твери (у нас ведь органы исполнительной власти разбросаны по всему городу), занимаются какими-то своими делами, абсолютно не замечая чаяний и проблем простых граждан.

Поэтому в первую очередь Администрацией открыт и постоянно наполняется информационный портал органов исполнительной власти Тверской области, где указаны все адреса и телефоны. В том числе, телефон круглосуточной «антикоррупционной горячей линии».

Если телефонный звонок не помог, можно обратиться письменно. В этом случае представители администрации обязаны вам ответить. Порядок работы с жалобами и обращениями регулируется федеральным законом и нормативными актами – как на уровне региона, так и на уровне муниципальных образований.

Наконец,можно записаться на прием. Причем в контрольно-аналитическом комитете в часы приема обязательно дежурю либо я, либо один из моих заместителей, то есть ответственные лица, способные принимать решения, а не просто выслушать, записать и доложить.

Кстати, в большинстве органов исполнительной власти Тверской области приказы о том, кто и в какое время ведет прием граждан и представителей организаций, появились недавно – по рекомендации нашего комитета. Сделан первый шаг – небольшой, но принципиальный, ведь «путь в тысячи ли, начинается с первого маленького шага».

Информационная открытость, публикация подробных сведений о работе подразделения в электронных и печатных СМИ – все это становится правилом. Речь идет уже не о желании: хочу – веду блог в живом журнале, хочу – не веду. Кстати, у меня есть свой блог, туда тоже можно выкладывать обращения.

– Раз информационная открытость является для вас правилом, то какую информацию о работе вашего комитета вы хотели бы донести до наших читателей?

– К примеру, что в прошлом году было проверено более1700 нормативных правовых актов, как изданных ранее, так и вновь принимаемых. Более чем по четверти из них были замечания коррупционного характера. Причем надо отметить, что нас контролируют прокуратура, где есть подразделение по борьбе с коррупцией, и Управление министерства юстиции по Тверской области, которое тоже анализирует нормативные акты. Я могу сказать, что показатели очень неплохие. За 2009 год контрольно-аналитическим комитетом получено всего пять актов прокурорского реагирования и одно предписание из юстиции.

– И тем не менее, по разным подсчетам, в целом по России объемы коррупции постоянно растут.

– Я ни разу не видел методики этих подсчетов.

– По данным Генпрокуратуры, объем рынка коррупции в России сопоставим с федеральным бюджетом и оценивается в 240 с лишним миллиардов долларов.Даже если мы вдвое сократим эту сумму – результат все равно окажется малоутешительным.

И в него входит плата за размещение товаров на полках магазинов. Внутренние конкурсы по закупкам, которые проводят коммерческие фирмы и где все держится на откатах – не чиновникам, заметьте, а менеджерам этих фирм. Пример, с которым мы недавно разбирались… Коммерческая деятельность находится вне нашей компетенции, но здесь пришлось, так как этот процесс был одним из звеньев большой коррупционной схемы. Один из менеджеров магазина строительных материалов закладывал свою маржу в тот «типа конкурс», который они проводили по закупке товара. Товар и без того недешевый, а кроме того, мало представлен в Твери. Так вот, когда мы сопоставили цены, оказалось, что в 50 километрах от нас, в Московской области, он стоит в разы дешевле!

Возвращаясь к цифрам, которые вы назвали. Да, тема постоянно обсуждается. Очевидно, что общество ждет действий. Но если взять ту же «горячую линию»... В подавляющем большинстве сообщения краткие, неконкретные и без обратной связи. Настолько, что какие-либо меры по ним принять невозможно.

– Люди боятся.

– Да, я понимаю. У большинства тверичан вера в действенность мер, предпринимаемых властями крайне низка. Такова же ситуация и в целом по России. Обывателю милиция иногда кажется страшней бандитов. Все это так. Я, к сожалению, не могу назвать ни одного примера, когда бы мы помогли обратившемуся к нам предпринимателю. И не потому, что мы не хотим и не можем. А потому, что нет таких обращений.

Хотя всегда ли есть повод для страха? Или это опасения другого рода – от того, что у самого предпринимателя, грубо говоря, «рыльце в пуху». Что у владельца ларька не все в порядке с разрешением на деятельность. Что руководитель предприятия кредитуется не в банках, а за счет нас с вами, налогоплательщиков, путем создания фирм-однодневок – используя стандартные схемы, уходит от налогов, и только за последние 3–4 года на его заводе работало больше десятка таких фирм. Эти люди не обращаются за защитой, потому что понимают, что сами живут отнюдь не честно и увязли в коррупционных схемах.

Правда, появляются и иные примеры. Когда у человека есть чувство собственного достоинства, он осознает себя полноценным гражданином, хозяином своей жизни, и понимает, что, вступив в коррупционную схему, дав взятку, перестанет себя уважать. В Смолино, в деревне на трассе М-10, один предприниматель на приусадебном участке кормит людей. Там несколько столиков, мангал, чистенько всё, уютно, явно все в порядке с документами. Работают он, его жена и, видимо, дети. Это абсолютно никакое не крутое кафе: обычный деревенский дом, цветочки во вкопанных в землю автопокрышках. Так вот, у него висит несколько плакатов. На них цитаты из Конституции о праве на жилище, на защиту частной собственности и еще – большими буквами на самом видном месте: «Сотрудники органов внутренних дел Калининского района и иных правоохранительных структур не обслуживаются». Конечно, в этом есть элемент бравады, но и большое желание оставаться собой, заниматься честным бизнесом, уважая себя и других.

Вернусь к тому, с чего начал: утверждать принципы «здорового образа жизни», когда от тебя ждут рапорта, что в таком-то месте коррупция искоренена окончательно и бесповоротно, – это непростая и невыгодная для комитета ситуация. Но наша задача – не сажать, а менять психологию, создавать условия, чтобы предприниматели, госслужащие, все члены общества работали честно. И мы действительно намерены защищать интересы тех, в отношении кого ведутся коррупционные действия, тех, кому требуются помощь и защита, – это не голословное утверждение, это надо нам самим. 

Подготовка публикации: Михаил Ершов

 
КОММЕНТАРИИ К ЗАПИСИ:

Мне кажется, стоит разобраться с содержанием понятия "коррупция" и подумать о том, применим ли этот термин к России. Коррупция есть нарушение правил функционирования бюрократической системы, когда в нарушение процедур и правил нечто делается за деньги и по знакомству. В нашем же богоспасаемом отечестве указанное является нормой, а не нарушением правил. Потому есть смысл применять другой термин, "азиатский способ производства", например.

Денис Давыдов

Аспирант кафедры теории и истории культуры ТвГУ
23.04.2010

Оставить свой комментарий